Сара Ахмади. Роман с дафом.

О дафе

Древний персидский инструмент — ручной барабан с глубоким тоном. Самые ранние упоминания о нем датируются эпохой Сасанидов (224 — 651 гг. н. э.), а картины с его изображением были найдены еще до Рождества Христова. Известно, что впервые на дафе сыграла женщина, но, к сожалению, ее имя история не сохранила… Сегодня даф популярен в современной музыке Ирана, Пакистана, Азербайджана и Турции, а также в некоторых регионах Южной Индии. Главная заслуга в сохранении дафа до сегодняшних дней принадлежит иранским суфиям.

* Суфизм — мистическое течение в исламе. Термин объединяет все мусульманские учения, целью которых является разработка теоретических основ и практических способов непосредственного общения человека с Богом. Это путь очищения души от скверных качеств и привития духу похвальных качеств.

И зазвучал даф...

Сара очень красива. Протягивая мне руку, она лучезарно улыбается — но эта улыбка не дивы, знающей себе цену, а светлого человека, открывающего тебе свое сердце.

И сразу же речь заходит о дафе. Все началось 15 лет назад: тогда Сара была страстно увлечена живописью. Однажды во время урока в школе искусств она вдруг услышала потрясающие звуки незнакомого ей музыкального инструмента — эта музыка моментально ее пленила. Это был даф, которого Сара никогда раньше не видела и не слышала, но так счастливо сложилось, что ее учитель живописи не просто знал об этом инструменте, но и умел на нем играть. Не раздумывая, Сара записалась к нему и на музыкальные уроки. Однако игра на дафе легко не давалась — долгие часы упорного труда, каждодневное совершенствование техники. Помогала любовь — да, Сара всем сердцем полюбила даф и прикладывала все силы и душу, чтобы овладеть мастерством игры на этом древнем инструменте.

Был и еще один стимул. Пятнадцать лет назад на дафе играли в основном мужчины. И если в древние времена на дафе музицировали женщины Ближнего Востока, сопровождая свою игру мелодичным пением, то после провозглашения исламской республики Ирана женщинам запретили петь в обществе — их пение могли слышать только муж и братья. К счастью, времена изменились: Сара хотела доказать себе, что способна играть на дафе не хуже мужчин. И ей это удалось.

От звуков трубы до нежного шелеста

Даф указал Саре и путь в мир, и путь к Богу. От природы она очень застенчивый, тихий человек — в этом смысле живопись была для нее прекрасной попутчицей. А даф привел ее в общество: ведь его звуки должны слышать люди и отзываться на них музыкой струн собственной души. Еще даф сделал Сару сильной — чтобы играть на этом ударном инструменте, нужна немалая физическая подготовка и огромная внутренняя энергия. Инструмент держится обеими руками на весу на уровне плеч, а нарастающий интенсивный ритм естественным образом заставляет инструмент и верхнюю часть тела мастера двигаться. И наконец, даф подарил Саре настоящее духовное откровение — знакомство с суфизмом.

Сара рассказывает: «В наши дни женщина-музыкант вполне обычное явление в Иране. Времена ожесточенного патриархата проходят, у современных иранок все больше прав и свобод. Тем не менее, если женщина выступает на сцене, в зрительном зале могут находиться лишь женщины. Если же публика смешанная, женщина может выступать на сцене только вместе с мужчинами — никакого соло». А на мой вопрос, с чем бы Сара могла сравнить свой даф по звучанию, она отвечает неожиданно: «С трубой архангела Гавриила». Значит, это звуки благовестия. Сара поясняет: «Звуки дафа способны полностью охватить человека, поразить его своей мистической мощью и призвать к движению, к действию. Да, слушая даф, человек готов жить и дерзать! В древние времена, задолго до ислама, даф помогал верующим войти в транс и достичь медитационного состояния. А обычный человек, услышав звуки дафа, захочет пуститься в пляс…»

Однако на дафе можно играть иначе, лишь кончиками пальцев — и тогда он рождает музыку тончайших нежных чувств. Это уже не удары, а шелест, проникающий в самые потайные уголки человеческой души. А ведь под звуки дафа Сара еще поет и читает стихи… Зрелище завораживающее, проникновенное.

Сегодня Сара Ахмади обучает искусству игры на дафе в университете Тегерана. Она побывала с концертными турами в Европе, Японии и США и только что гостила в Риге — давала концерты и мастер-классы. «Я не очень хорошо говорю по-английски, — признается Сара. — Поэтому музыка становится для меня настоящим международным языком общения. То, как люди реагируют на даф, помогает мне понять их и почувствовать. И наоборот, играя, я открываю им свое сердце».

Я люблю

Кажется, Сара способна говорить о музыке бесконечно… Но я намерена увести ее от любимого дафа, например, к любимым людям. «Родные очень поддерживают меня во всех моих начинаниях. Им нравится, что я музыкант, — делится Сара. — Своей семьи у меня пока нет. Но быть духовным человеком совсем не значит отказаться от семьи и мирских радостей». И все же пока выбор Сары — это музыка и люди, которые приходят в ее жизнь благодаря ее искусству.

Пять лет назад судьба сделала ей бесценный подарок: на фестивале мистической музыки в турецкой Конии, где ежегодно собираются певцы и музыканты со всего мира, она познакомилась с рижанами, которые стали ее настоящими друзьями. Теперь Сара называет их своей семьей. Это латвийское суфийское братство «Мевлеви», которое возглавляет наша соотечественница Ирина Головина — уникальная женщина, единственный суфийских шейх, или духовный наставник, в Европе, глава Ордена кружащихся дервишей. «Ирина еще молода, ей 42 года, но она уже настоящий учитель, способный вдохновить и сплотить многих людей, которые стремятся познать себя и Бога. Она учит нас всех любить и сострадать», — говорит Сара — и ее глаза светятся.

А еще Сара любит горы. Обычно она отправляется туда вместе со своим сестрами. Но в жизни каждого человека бывают моменты грусти, озабоченности — и тогда Сара идет в горы одна, чтобы помедитировать в одиночестве на фоне вечной красоты природы. «Потом свои мысли я записываю, так порой из моей грусти рождаются стихи», — улыбается она.

Ей нравится учить людей играть на дафе. В Иране она руководит ансамблем, состоящим почти из одних женщин (мужчин всего трое). А в Риге она планирует создать музыкальный коллектив «Калеве». Интересуюсь, почему для этой цели она выбрала именно нашу страну и Ригу. Сара признается, что была поражена, насколько прекрасна латвийская природа: море, леса, цветы. «Природа всегда меня вдохновляла. Ну и конечно — люди! Когда я приезжаю в новую страну, первое время прислушиваюсь к ее языку и всегда поражаюсь: зачем в мире столько разных языков? И в то же самое время разнообразие языков меня завораживает… Я была в других европейских странах, но Латвия оказалась ближе моей душе. Люди, с которыми я здесь познакомилась, более живые, естественные, что ли… Они встречают меня с улыбкой, они открыты для общения». И добавляет с приятным акцентом, чтобы уже не оставалось сомнений: «Я лублу Рига!»

Сара молода, красива, талантлива и высокодуховна. У нее есть музыка, семья, друзья. О чем же еще мечтать? «Я не люблю это слово «мечта», - неожиданно признается Сара. - Я бы предпочла говорить «план» или «цель». Потому что, по моему мнению, лучше что-то делать и достигать поставленной цели, чем просто сидеть на месте и мечтать». В ее ответе звучит та же сила и энергия, что и в ее дафе. Но проходит минута, и, прощаясь со мной, она уже нежно меня обнимает, в ее улыбке столько тепла - будто подушечками своих изящных пальцев она касается дафа, и я чувствую тот самый проникновенный шелест в своем сердце…

«Любовь - это когда ты способен горы свернуть, измениться сам и изменить мир вокруг себя. Даф помог мне стать другой, преодолеть природную застенчивость, выйти к людям и научиться понимать их даже без слов. Любовь идет от Бога, это бесценное сокровище, которое надо беречь, как зеницу ока. Если ты приходишь к людям с открытым сердцем, они обязательно полюбят тебя в ответ».